На планете Гея жил когда-то старый, мудрый волшебник. В те времена волшебники были неотъемлемой частью жизни планет. Именно, планет, потому-что люди жили по своим порядкам и устоям, не всегда задумываясь о том, что жизнь планеты – это дар, обеспечивающий им – людям – жизнь. Исконно жизнь планеты обязательно оберегалась и поддерживалась влиятельным и мудрым волшебником. Этому никто не удивлялся, этого никто не оспаривал. Казалось, волшебнику было подвластно всё, переведи он стрелки на часах и всё вокруг подчинилось бы «его» времени: срочно зацвели бы сады среди зимы, из-за горизонта поднялось бы едва скрывшееся солнце, спешили бы со скоростью света по своим делам муравьи, а люди... Но людям не приходилось испытывать искусственных перемен в своём возрасте, так-как мудрость волшебника не позволяла ему вмешиваться в естественный ход времени там, где это нарушило бы истинный ход событий. 
Как и везде, где существовало добро, там же, явно или исподволь, возникало зло. На этой же планете жил маленький уродливый карлик. Он был невежествен и глуп. Его тело и его душа были искалечены себялюбием и недоброжелательством ко всем и вся. Его же волновал только его внешний облик. Он был раздражён тем, что волшебник, зная об его уродстве, не желал помочь ему стать красивым и статным. Об уме он не заботился, так как был уверен, что ум его—совершенство. И вот, с помощью этого совершенства, карлик подсобить той силе, которая могла бы стать для него защитой.
Надо сказать, на планете существовал определённый порядок преемственности. Иными словами, наступало время, когда на планете появлялся ребёнок, которому было предопределено стать учеником стареющего мага. Момент посвящения на планете отмечался грандиозным празднеством. Со всех селений и городов люди в назначенный срок собирались на торжество.
К тому моменту все уже знали, что в отдалённом селении живёт мальчик, необычный тем, что он родился с отметиной своего непростого происхождения—на запястье его правой руки было едва заметное родимое пятно. В разговоре мальчика с кем-либо, пятно проявлялось, и по насыщенности цвета его можно было судить—какого цвета мысли у человека, с которым общался малыш.
Этот ребёнок должен был стать преемником старого волшебника. Посвящение было назначено на определённый срок. Право присутствовать на посвящении имел каждый, кто знал об этом событии. Таинство обряда опекалось самой Природой.
Засобирался в дорогу и карлик. Но он не стал ожидать назначенного времени, а поспешил прибыть в селение раньше всех под видом странствующего калики. А, надо сказать, странствующим людям на этой планете оказывалось особое почтение. Они считались людьми, несущими благую весть прорицания.
Зная это, карлик не с проста задумал первым прийти в селение с «вестью». Уже в крайнем доме его приветили, накормили, дали отдохнуть и приготовились выслушать принесённую весть. Карлик изо всех сил старался не забыть, что он тот, за кого он себя выдавал. Он пыжился, придавая себе значимый вид и, наконец, заговорил.
Он говорил о том, что всех жителей планеты ждёт впереди испытание; что молитвы, произнесённые заранее, не смогут остановить пришествия Зла на планету. И только избранные для этой цели люди сумеют опередить Зло и выявить поборников его, чтобы не дать осуществиться коварным планам злых сил.
Таким образом оратор подготовил слушающих его людей к тому, что он произнёс дальше. А сказал он вот что: «Ибо есть в мыслях у каждого слова о грехе, пусть каждый найдёт в себе тень зла и убоится сказавшего ему правду...».
О эта «правда»… Ложь—во свято возведённая… но кто понял это?!.. Люди были смущены последними словами карлика, потому-что, действительно, каждый когда-нибудь обронял в сердцах злое или резкое слово, закипал негодованием на обидчиков, лукавил… Ведь люди слабы. И даже если Истина дороже – для тех, кто понимал это и стремился изменить свои мысли, слова, поступки во благо, повод задуматься был дан искусно. Что-что, а интриги плести этот злой человек умел.
Итак, засомневавшись в собственной чистоте, люди перестали прислушиваться к своему сердцу, слушать свой разум, и тень сомненья стала разрастаться. Произошло это накануне праздника Посвящения…
И вот день посвящения настал. Казалось, всё благовестило о том, что Природа торжествует назначением Силы Любви, Добра, Доверия и Истины. Чередование звуков фанфар извещало о продвижении главной улицей селения «виновников торжества». Волшебник вёл за руку малыша, который с изумлением смотрел по сторонам. Он был мал и ещё не знал многого, но от Природы ему было дано Право и Умение Знать.
День был восхитительно-погожим. Небо было тёплым и ласковым, земля необычно-щедрой какой-то необъяснимой радостью, природа была выражена всеми цветами волшебной палитры. Всё это зачаровывало мальчика, и восторг его был понятен старому магу. Его память сохранила для него ощущения его переживаний в момент его Посвящения. Когда-то он точно так же впервые ощутил свою Силу.
Все, кто хотел присутствовать на празднике, пришёл в это утро на площадь. На планете Гея был такой порядок— посвящённые Маги становились Учителями и Защитниками тех, кто жил по Праву Добра, и люди спешили увидеть того, кто стал Видим.
Центром площади была вершина небольшого холма. На взошедших на эту вершину старого Мага и его преемника со всех сторон смотрело множество глаз. Что это было?.. Ожидание участья, .. переживание своих сомнений, .. радость или страх?.. Что же это было?
Никогда в человеке не рождается доверие через принуждение. Верь—и вера будет испытана Верой.
Маленький мальчик, который только-что обрёл то Великое Знание, в котором есть Большой Смысл, смотрел на окружающих его людей и чувствовал, что его что-то беспокоило. Учитель молчал. Он уже понял, что произошло, и видел того, кто породил смуту в душах людей. Но его Честь была в том, что он доверял своему ученику.
Серая дымка, которой, как туманом, были окутаны люди, привлекла внимание того, кто отныне принадлежал не только себе.
Он должен был понять, почему в этом—сером—не было тепла неба, радости земли, благодати природы, силой которых он обрёл сегодня своё Знание. Это было первое испытание…
Он поднял руку и в его ладонь устремились потоки небесной чистоты (как воздуха). Из его глаз заструился мягкий, удивительно чистый, Свет. Каждый, кто не опустил глаза, почувствовал, как небо заглянуло ему в душу и наполнило её Светом.
Куда делись чёрные мысли, сомнения?! Всё прозрачнее ставал окутывающий людей туман, всё больше глаз устремлялось взглядами на вершину холма. «Это Он, .. это Он...» - проносилось дуновением эха по площади. Он был принят людьми. Отныне каждый, поверивший ему человек, знал, что любовь Природы дарована ему через посланца Её. И Он сейчас стоял перед ними.
Маленькому мальчику ещё было не ведомо, что такое Зло, но он увидел того, чья душа была черна, как уголь. Это был нелепый, уродливый человечек, над которым чёрной мглой сгустились его мысли.
«Ты не вечен, - сказал ему малыш, - ты не вечен, потому-что сердце твоё белее смерти, кровь твоя насыщена ядом. Смотри в себя—кто ты?!». И вдруг карлик стал съёживаться на глазах у изумлённых людей. Даже он, сам порождающий злобу, заглянув в себя, ужаснулся—в нём не было жизни—пустота без эха. Перейдя грань Познания, он перестал жить. Сгорев в Огне Познания, его тело рассыпалось пеплом.
«Из этого пепла не возродится жизнь, - произнёс старый Маг, - Потому, что жизнь когда-то даётся впервые. Если ты не понял её, но стремился понять –ты вернёшься и поймёшь. Если ты её предал—тебя предадут забвению».
Не опечалило это событие праздника. Люди, забыв о сгущавшемся мраке, о своих сомнениях, о виновнике смуты, возликовали радостью участья в событии, вершащем покой и радость на их планете.
Это было событие века...